Феодальная раздробленность на Руси явилась законо­мерным итогом экономического и политического развития раннефеодального общества. Складывание в Древнерусском государстве крупного землевладения — вотчин, в условиях господства натурального хозяйства неизбежно делало их вполне самостоятельными производственными комплекса­ми, экономические связи которых ограничивались ближай­шей округой. Существовавшие торговые и ремесленные по­требности могли удовлетворяться в быстро развивающихся местных хозяйственных и политических центрах — городах. Подъем производительных сил на местах вызывал рост чис­ла городов и городского населения, в том числе и в тех горо­дах, которые раньше не играли существенной экономиче­ской роли.

Раннефеодальному обществу времен Киевской Руси были присущи неизбежные социальные противоречия между вер­хами и низами. Формирующийся класс феодальных земле­владельцев стремился к установлению различных форм эко­номической и юридической зависимости земледельческого населения. Но в XI — XIII вв. имевшиеся классовые антаго­низмы носили в основном локальный характер, для их разре­шения вполне хватало сил местных властей, и они не требо­вали общегосударственного вмешательства. Данные условия способствовали экономической и социальной независимости от центральной власти крупных землевладельцев - бояр-вот­чинников. Местное боярство не видело необходимости делить­ся своими доходами с Великим киевским князем и активно поддерживало в борьбе за экономическую и политическую самостоятельность властителей отдельных княжеств. Процесс наступления феодальной раздробленности был объективно не­избежен. Он дал возможность более прочному утверждению на Руси развивающейся системы феодальных отношений. С этой точки зрения можно говорить об исторической прогрес­сивности этого этапа русской истории, в рамках которого шло дальнейшее развитие экономики и культуры. Распад былой единой державы имел и ряд отрицательных последствий, глав­ным из которых было усиление уязвимости русских земель от внешней опасности, особенно в условиях возможного по­явления сильного противника.

Внешне распад Киевской Руси выглядел как раздел тер­ритории государства между различными членами разросшей­ся княжеской семьи. По сложившейся традиции местные престолы занимали, как правило, только потомки дома Рю­рика. Некоторые признаки политического раздробления Киевской Руси появились уже после смерти Ярослава Муд­рого в 1054 г. Борьба между потомками Ярослава, пользо­вавшимися поддержкой местного боярства, привела к воз­никновению системы обособившихся княжеских владений, признанной Любечским съездом князей в 1097 г. (наследо­вание по правилу «каждый да держит отчину свою»).

На некоторое время при князьях Владимире Мономахе и его сыне Мстиславе Великом произошло новое возвышение Киева как общерусского центра. Эти князья сумели пода­вить сепаратистские устремления местных правителей, рас­правиться с внешним врагом — половцами. Со смертью Вла­димира Мономаха в 1125 г. начался упадок Киевской Руси, который сопровождался ее распадом на отдельные государ­ства-княжества. После кончины Мстислава вместо единой державы возникло около полутора десятков самостоятель­ных земель: Галицкая, Полоцкая, Черниговская, Ростово-Суздальская, Новгородская, Смоленская и др. Процесс эко­номического обособления и политического дробления повто­рялся и внутри этих земель, почти каждая из них в свою очередь превращалась в систему мелких и полунезависи­мых феодальных княжеств;

В результате упадка Киева в южной и юго-западной Руси возвысилось Галицко-Волынское княжество, в северо-восточ­ной части Руси — Ростово-Суздальское (впоследствии Владимиро-Суздальское) княжество, а в северо-западной Руси - Новгородская боярская республика, из которой в Х1П веке выделилась Псковская земля.

Все эти княжества, за исключением Новгорода и Пскова, унаследовали политический строй Киевской Руси. Во главе их стояли князья, опиравшиеся на свои дружины. Боль­шим политическим влиянием в княжествах пользовалось православное духовенство.